9 июля — день особо чтимой на Руси Тихвинской иконы Богоматери. В Рыбинском же уезде этому образу была посвящена церковь на правом берегу Волги, в 15-ти километрах от Рыбинска. В память об этом храме, который еще виден с Волги, а также в память о почти полностью разрушенной усадьбе Тишининых Тихвино-Никольское «Рыбинская среда» публикует здесь фрагмент книги Л.М. Марасиновой и Н.С. Борисова «Рыбинск. Мышкин. Пошехонье».
Тема разрушенных и разрушающихся памятников Рыбинского края, несмотря на всю свою «непраздничность», должна звучать в контексте приближающегося юбилея города Рыбинска. Потому что вырастить в настоящем будущее способны только те люди, которые хранят память о прошлом — не на словах, а на деле. Как, к примеру, те горожане, которые второй месяц проводят субботники в бывшей больнице судорабочих за Волгой, и те, кто в эти дни по доброй воле расчищает руины храма в селе Шашково.
Добраться до Тихвино-Никольского непросто — дороги уж которое лето размывает. Нужно идти пешком от Ермакова не менее пяти километров, если только у вас нет под рукой крепкого внедорожника, желательно с лебедкой. Катер «Московский», который мог бы отвезти вас до условной пристани «Красное» по соседству с усадьбой, ходит по весьма неудобному расписанию, и отправляться в этот путь нужно с палаткой и всем необходимым для ночевки, потому что вернуться получится только на следующий день. Словом, если вы соберетесь туда, то знайте, что речь идет о самом настоящем подвижничестве, или — экстремальном туризме.
Для самых увлеченных исследователей нашего края сообщим, что редакция «Рыбинской среды» располагает материалами переписки Тишинина со столичным гравёром Махаевым. Переписка эта посвящена, в том числе, постройке этой усадьбы. Материалы были переданы в газету Е.П. Балагуровым, который намеревался составить по ним очерк, однако не успел исполнить своего намерения.
Тихвино-Никольское — одно из самых прекрасных мест на земле, пока еще открытая книга, повествующая нам об истории Отечества. Не тысячелетней давности, конечно, а лишь двухсотлетней. Письмена в этой книге стремительно тускнеют и стираются. И сегодня мы уже не увидим так много, как видела и сумела прочесть четверть века назад историк Л.М. Марасинова — автор следующего описания.
* * *
«Уже с реки на кромке высокого, заросшего черемухой и ольхой правого берега виден белый двухэтажный дом, стройная церковь с колокольней. Это усадьба Тихвино-Никольское, один из наиболее ценных архитектурных комплексов Ярославской области. Ее первым владельцем был гвардейский офицер в отставке Николай Иванович Тишинин. Портреты Тишинина и его жены Ксении Ивановны, исполненные И.Я. Вишняковым, сейчас находятся в экспозиции историко-художественного музея Рыбинска.
Изданный в 1762 г. Манифест о вольности дворянства освобождал дворян от обязательной военной или гражданской службы. В провинции начинается интенсивное усадебное строительство. Выйдя в отставку, Тишинин занялся устройством усадьбы, для которой было выбрано живописное место на берегу Волги. Прежде здесь находилось принадлежавшее Тишинину сельцо Маншино.
Старейшее сооружение в усадьбе – одноглавая, одноапсидная церковь Тихвинской Богоматери с трапезной и колокольней. История ее постройки не вполне ясна. Здание принято датировать 1763-1764 гг. Автором проекта некоторые исследователи безоговорочно признают известного петербургского гравера Михаила Ивановича Махаева (1716-1770). Полагают также, что образцом для Тихвинской церкви послужила Симеоновская церковь в Петербурге. Однако в переписке Тишинина и Махаева упоминаются только «упадшая церковь» и «старая колокольня». В архивных материалах сохранилось свидетельство зятя Тишинина, А.О. Кожина, который утверждает, что церковь в Тихвинском была построена в 1757 г. На 1750-е гг. указывают и некоторые общие черты Тихвинской церкви и построенной в 1750 г. Троицкой церкви в Подъяблонном погосте, который находится между Рыбинском и Пошехоньем.
В ожидании посещения его усадьбы императрицей Екатериной II, Тишинин в середине 1760-х гг. пригласил к себе зодчих и художников и с их помощью предпринял работы по обновлению уже существовавших зданий и строительство новых. Именно тогда своеобразный, но все же достаточно непритязательный сельский храм был украшен эффектными портиками, пышной гипсовой лепниной, оконными решетками с вензелем хозяина. Третий строительный период – 1780-е гг. – ознаменовался возведением у западного входа в трапезную трехъярусной классической стиля колокольни со шпилем.
Объемно-пространственная композиция Тихвинской церкви в целом весьма характерна для ярославских вотчинных храмов середины XVIII в. Основной объем храма представляет собой высокий четверик, слегка вытянутый по оси север-юг и служащий основанием для восьмерика, увенчанного фигурной главкой на восьмигранном световом барабане. С востока к основному объему примыкает далеко выступающая двухсветная апсида, с запада – использовавшаяся как зимняя церковь, также двухсветная, трапезная и трехъярусная колокольня.
Северный и южный входы в храм оформлены порталами со спаренными колоннами на высоких постаментах. Раскреповка венчающего антаблемента носит явно барочный характер и усиливает их торжественный, триумфальный характер. Расположенные над порталами большие полуциркульные окна фланкированы парными пилястрами, углы четверика акцентированы высокими, идущими до самого карниза рустованными лопатками. Завершается четверик сложнопрофилированным карнизом и невысокими тимпанами. Северный и южный фасады украшены лепниной в виде венков и гирлянд. В наружном убранстве восьмерика широко использованы обычные для середины XVIII в. мотивы барокко – крепованные карнизы и тяги, сложные по рисунку наличники с «ушами»; грани восьмерика обработаны пилястрами. Интересной, сугубо местной особенностью декора было использование в отделке этой части здания поливных изразцов.
Настроение праздничности, торжественности, создаваемое стройными пропорциями храма, его богатым декором, сохранялось и в интерьере. Это достигалось во многом благодаря обилию света, свободно льющегося сквозь большие, высокие окна.
Иконы для иконостаса Тихвинской церкви выполняли по заказы Тишинина живописцы из Петербурга, Москвы и Ярославля. Над оформлением интерьера работал также крепостной художник Тишинина Д. Михайлов с учениками. Есть сведения, что в росписи храма участвовала и увлекавшаяся живописью дочь Тишинина Екатерина Николаевна Кожина.
Неподалеку от церкви расположен усадебный дом, выстроенный в 1766-1767 гг. по проекту великого русского зодчего В.И. Баженова. В облике дома раннеклассические мотивы уживаются с традициями барокко. В плане близкий к прямоугольнику, он имеет один ризалит в центре северного фасада и два – по сторонам южного. Все углы здания скруглены. В нижнем этаже располагались хозяйственные помещения и комнаты прислуги, на втором – апартаменты самого хозяина и зал для приема гостей.
Декоративное убранство дома весьма сдержанно. Более парадно выглядит северный, обращенный к Волге фасад. Он украшен пилястрами большого ордера, которые акцентируют углы здания, а также центрального ризалита, завершенного изящным по рисунку аттиком. На втором этаже в центре ризалита помещено тройное итальянское окно, центральный проем которого служил дверью на широкий балкон; по сторонам – высокие окна с полуциркульным верхом. Другие окна оформлены развитыми сандриками в виде чередующихся треугольных фронтонов и сильно вынесенных горизонтальных полок на консолях. Окна нижнего этажа имеют невысокие оконные проемы с наличниками в виде простой прямоугольной рамки с замковым камнем. Венчает здание сложный антаблемент с пояском сухариков и с модульонами, поддерживающими сильно вынесенный карниз; в поле фриза помещены узкие горизонтальные щели-продухи. На скругленных северо-западном и северо-восточном углах здания устроены дверные проемы, ведущие на утраченные ныне небольшие балконы. До настоящего времени сохранился лишь изящный железный навес над одним из них.
С южной стороны, а также на боковых фасадах дом имеет третий, антресольный этаж. За его небольшими квадратными окнами помещались комнаты гувернеров, учителей, музыкантов. Скругленные углы ризалитов южного фасада украшают широкие каннелированные пилястры на всю высоту дома. Антаблемент решен так же, как и на северном фасаде. Среди декоративных элементов здесь следует отметить рельефные полки на консолях, помещенные под окнами антресольного этажа, прямоугольные рамки наличников, рельефную межэтажную тягу.
Интерьеры дома имели богатое внутреннее убранство. Особенно парадно был отделан овальный зал, выходящий своими окнами на северный фасад; его в изобилии украшала лепнины. Мраморная лестница вела на второй этаж. Гостиные были украшены деревянными, расписанными под мрамор колоннами, высокими изразцовыми печами. С большим художественным вкусом были исполнены и такие детали, как оконные рамы, бронзовые дверные и оконные ручки.
Из хозяйственных построек усадьбы сохранились лишь две: сильно разрушенный каретный сарай и приземистый кирпичный сарай рядом с домом. Оба они относятся ко второй половине XVIII в.
Одновременно с возведением дома проводились большие работы по устройству парка, который состоял из нижнего, регулярного, террасами спускавшегося к Волге, и верхнего, пейзажного. Еще и сейчас можно угадать линии аллей нижнего парка, лучами расходившихся от дома. В парке согласно вкусам того времени были сооружены различные «затеи»: беседки, грот, обелиск.
Заботы Тишинина об украшении усадьбы во многом были вызваны намерением Екатерины II совершить путешествие по Волге. Владелец Тихвинского надеялся, что Мать Отечества почтит его своим посещением. В усадьбе к ее приезду были выстроены триумфальные ворота, подготовлены иллюминация, фейерверк, светящиеся картины; в аллеях парка размещены скульптуры, декоративные пирамиды. Императрица осталась довольна оказанным ей приемом и в знак благодарности подарила хозяину усадьбы золотую табакерку. Сообщения о посещении в мае 1767 г. Екатериной II усадьбы Тихвино-Никольское были помещены в газетах; М.И. Махаев увековечил это событие специальной гравюрой.
Успешному завершению строительства усадьбы во многом содействовали широкие деловые и культурные связи Тишинина. Среди его знакомых и корреспондентов были известный художник и гравер М.И. Махаев, архитектор П. Плюсков, журналист Ф.А. Эмин, профессор элоквенции и поэзии Я.Я. Штелин. Тишинин широко пользовался их советами и помощью. Известно, например, что именно Махаев показал наброски Тишина вернувшемуся из Италии молодому Баженову, который в итоге и стал работать над проектом усадебного дома в Тихвинском; подписи к картинам на триумфальной арке в парке написал Штелин, известный как сочинитель стихов для придворных торжеств.
Усадьба Тихвино-Никольское ныне находится в сильно запущенном состоянии».