Мир русской православной духовности мне кажется безграничным, и для отдельно взятого человека неоглядным и неохватным. Может быть, это от нашей русской безмерности? Может быть, от неисчислимых русских духовных трудов? Или уже и сама великая бескрайность нашего Отечества способствует неоспоримости такого мнения… Не знаю ответов на эти вопросы, но всегда испытываю душевную надобность в духовном обустройстве любой местности.
Будь эта местность целой областью, будь муниципальным районом, либо всего одним сельским поселением или же невеликой деревней. Везде чувствуешь неоспоримую надобность в наличии духовных скреп, опорных сакральных мест, высоких святых примеров.
Эти духовно обустраивающие мир явления испокон веков сближают и единят нас, земных людей. Единящие силы в русском мире многообразны и, слава Богу, жизненно очень устойчивы. Им суждено было пройти сквозь долгие годы, испытать суровое влияние неблагих времён и устоять даже в жестоко богоборческую эпоху ХХ века.
В нашем ярославском крае таких радующих душу примеров немало. И средь них есть и такие, что несут веровательное, почитательное единение для жителей обширных местностей, простирающихся шире и дальше сельских, районных, региональных границ. К числу таких явления я отношу, например, почитание памяти старицы Ксении Красавиной.
Земной путь этой замечательной праведницы хорошо известен. Он, начавшись с крестьянских трудов в мышкинской деревне Ларионовская, пролёг сквозь долгую скитскую жизнь, мученическое пребывание в советских тюрьмах и лагерях, и завершался постоянными заботами о духовном поддержании и просвещении православного люда. В числе притекавших к порогу её кельи были и священнослужители Русской Православной Церкви, и её иерархи, и известные учёные, и великое множество простых русских людей. И где они ни оказалась волей своей нелёгкой судьбы, В родном селении, в одиноком скиту, в городах Рыбинске и Бежецке, в таёжных краях северной ссылки, — везде она была верна Слову Божию, подавая духовную помощь спутникам на путях житейских.
И, должно быть, такая помощь людям не прекращается с момента прекращения земной жизни. Приходя на могилку к старице, или находясь в отдалённости, в молитвах своих часто обращаются к ней и мышкинцы, и иные россияне.
И дух светлого почитания неизменно живёт в наших местах, им овеяно красивое село , на чьем кладбище обрела вечный покой наша Старица.
И именно этот дух, должно быть, способен немало помогать возвращению жизни в угасшее село. Как это происходит?
Наш мышкинский благочинный о. Александр Иванов – человек активный и творческий. На его счету возрождение трех церквей нашего города и создание четвертой – больничной. Его трудами в свое время была открыта одна из первых в нашей области приходская воскресная школа. Учреждены духовные Агафодоровские чтения, уже обретшие статус епархиальных. Его трудами и заботами создаётся духовный Агафодоровский центр и делается многое другое.
В ряду его главных забот и прославление местночтимой праведницы старицы Ксении. У нас в Мышкине проходят духовно-исторические конференции, посвященные ее жизни и подвигам. В Мышкин перенесена и восстановленная её келья – теперь она открыта для посещения всем, кто интересуется судьбой и деяниями Старицы. В дни ее памяти непременно проходят торжественные богослужения с паломничеством в село Архангельское и на место ее погребения.
Прославление нашей землячки столь постоянно и последовательно, и её глубокое почитание на мышкинской земле столь жизненно, что приезжие люди всё чаще именуют её Ксенией Мышкинской. И для этого немало причин, ведь всё основное время её земного бытия прошло именно здесь. Здесь создана и выдержала не одно издание книга о праведнице, и здесь многое связано с бережным сохранением знаний о её трудах.
Но отец Александр всё время тревожился мыслью: всё ли мы делаем на этом достойном направлении своих забот? Не упускаем ли мы из виду само село Архангельское, в чьем храме была крещена и где немало лет молилась Старица. В этом селе уж много летнее действуют ни школа, ни сельские учреждения, ни сельская администрация… Ведь село совсем опустело и его храм всё более обретает вид печальной руины! Наш благочинный своим непременным духовным долгом воспринял заботу об этом храме, который должен стать началом нового обустройства села. Он молитвенно обратился к старице Ксении, прося святого вспомоществования, и начал работу. Начал со средств и сил своего невеликого прихода и с поиска благодетелей. И дивное дело – для возрождения угасшего села благодетели стали появляться! И здешние, мышкинские, и очень дальние, из крупных городов. И просто проезжие добрые люди (село-то ведь стоит на большой дороге, и начальная работа по спасению храма видна каждому путнику). Вспомоществования поступали самые разные – от трогательно малых до ощутимых.
И старинный храм XVIII века, давно не видавший людской заботы, вдруг обрёл её. Стали поступать строительные материалы, появилась небольшая, но крепкая артель потомков знаменитых плотников-сицкарей, в своё время прославивших селения на реке Сить своим замечательным древодельным мастерством.
День за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем не прерывались труды и заботы. И к общей радости храм засиял новыми крышами и новыми главами. А большую среднюю главу с её древним «корсунским» крестом решено было сохранить в подлинности, как реликвию старины, как память о созидателях далёких времен…
В храме временами стали совершать богослужения, и его уже нельзя назвать ни позабытым, ни брошенным. Наш благочинный собирает средства на внутренние работы и одновременно уже мыслит о новой жизни не только для храма, но и для всего села. Какой ей быть? Он полагает, что начинать надо с нового предназначения для опустелых многочисленных построек, прежде занятых сельскими учреждениями. Первым ожило громадное двухэтажное здание, в своё время занятое восьмителней школой. А вслед за ним пригодился и большой библиотечный дом, и бывшая почта, и бывшее здание администрации. Благочинный обратился к руководству района с ходатайством об их передаче благочинию. И убедительно обосновал их надобность, пояснив, что в школьном здании будет разумно создать музей истории прихода и многосторонне показать всю его жизнь. Что в почтовом и библиотечном домах удобно будет устроить летнее жильё для паломников. А что касается административного здания, то где же, как не знесь, жить рабочим, ведущим восстановительные работы? И глава района Анатолий Геннадиевич Курицын, сам человек горячий и увлеченный, охотно пошёл навстречу, и всё просимое было передано Русской Православной Церкви. Глава района не мог не поинтересоваться дальнейшими планами возродителей села. И ответ последовал смелый и прекрасный: «Там надлежит быть духовно-паломническому центру памяти старицы Ксении!»
И замысел начал обретать реальность. В создаваемом в Архангельском музее уже есть отдел, посвященный Старице. На кладбище над её могилой капитально исполнена стройная и значительная кованая сень. В селе провел свои первые слёты летний православный лагерь. Готовится очередное переиздание книги о нашей старице Ксении Мышкинской. Торжественные службы в её памятные дни проходят по руководством двух иерархов – Владыки Рыбинского и Даниловского Вениамина и Владыки Переславского и Угличского Феодора.
Архангельское потихоньку начинает жить. Конечно, жизнь эта уже новая, не похожая на прежнюю, но всё же именно жизнь. Вот прибывают первые группы посетителей наивного, но весьма искреннего здешнего музея. Вот появляются паломники, прибывшие поклониться Старице. Вот проезжие по здешней дороге путники останавливаются поинтересоваться ходом восстановительных работ. А вот помощники отца Александра косят, прибираются, готовясь к празднованию «старицына» дня. Маленькое село приноравливается, привыкает к своему новому назначению, новой востребованности – быть паломническим центром.
И, наблюдая за всем этим, приходишь невольно к мысли о том, что сегодня во многих места русской Провинции именно Русская Православная Церковь является уж не единственной ли силой, которая старается противостоять запустению родной земли и возвращению её к жизни? Ведь иные такие силы мы встречаем в глубинах Провинции столь редко, а их дела столь неубедительны… А труды лучших старателей Русской Православной Церкви не только свято убедительны, а и сердечно искренни, и душевно благородны. Вот так и в нашем мышкинском крае, где бессмертная память праведников, давно ушедших из мира земного, помогает благим стараниям её лучших хранителей.