Иван Глумов.
Сыграла наша сборная на чемпионате Европы по футболу. Ну сыграла и сыграла. Примерно как всегда: дыма было больше, чем огня. Посмотрев на матч Португалия – Нидерланды, я понял, что русские и греки играли совсем не в ту игру, что португальцы и голландцы. Португальцы именно играли, а наши занимались скучной и надоевшей работой. И никакие высокооплачиваемые Хиддинки и Адвокаты тут не помогут: у нас особый стиль. В 2018 году, кстати, Праздник национального позора пройдет на родных просторах, в чем есть два преимущества: не надо срамиться в отборочных матчах и тратиться на авиабилеты.
Зато каковы наши болельщики! Горячие парни, слушай! Отсутствием головного мозга они здорово напоминают руководителей российского футбольного комитета. Тех самых, которые межеумочный праздник «День России» решили отметить шествием по улицам польской столицы. Ребята эти точно ничего не слыхали о непростых отношениях наших государств. Не слыхали ни про оршанскую битву, после которой русские еще 30 лет выкупали своих пленных, да так и не выкупили. Ни про границы Великой Польши, проходившие под Можайском; ни про поляков в Кремле; ни про героическую оборону Смоленска; ни про разделы Польши; ни про восстание конфедератов; ни про десятки тысяч красноармейцев, сгинувших в польских концлагерях, после героического похода Тухачевского и Буденного. Не ведают они ни про пакт Молотова-Риббентропа; ни про расстрел польских офицеров в Катыни; ни про самолет президента Качиньского… Словом, девственную чистоту разума проявил господин С. Фурсенко – брат мудрейшего создателя ЕГЭ.
По Льву Гумилеву, бывают нации, весьма далекие друг от друга и территориально, и генетически, но испытывающие друг к другу необъяснимую симпатию. Свойство это Гумилев назвал комплиментарностью. Но бывает и наоборот: наиболее близкие друг другу генетически народы бесконечно воюют не на жизнь, а на смерть. Таковы арабы и евреи, русские и поляки.
С этой точки зрения «патриотический марш» наших футбольных фанатов был несомненной провокацией. И кончился, соответственно, массовой дракой. – Среди западных братьев-славян нашлось тоже немало особей, считающих, что голова дана человеку только для того, чтобы брать высокие мячи. Не думаю, что после этого праздника мира и спорта русско-польские отношения значительно улучшатся. Но надо жить, а не копаться в претензиях, в очередной раз выясняя, кто здесь прав, а кто виноват.
Применять к политике вообще и к международным отношениям в частности такие понятия, как право и мораль – дело совершенно пустое. Все правовые акты действуют лишь до того времени, пока они выгодны обеим сторонам, а мораль – это свойство индивидуума, но никак не государства. Разборка же претензий является делом непростым и неоднозначным.
Возьмем тот же пакт Молотова и Риббентропа. Кто только не осуждал его коварство и аморальность? — И прогрессивная мировая общественность, и «совесть нации» — диссиденты, и, даже, многие «государственные деятели» ельцинской России. Слышатся до сих пор постоянные призывы ко всем русским покаяться – повиниться и заголиться.
Однако, посмотрим на это соглашение между Гитлером и Сталиным в контексте тогдашней истории. Первым европейским государством, подписавшим с Гитлером декларацию о ненападении и дружбе, была Польша (1934 год). В дальнейших переговорах между министром иностранных дел Германии Риббентропом министр иностранных дел Польши Ю.Бек не скрывал своих претензий на Советскую Украину и выход в Черное море.
В 1938 году Англия и Франция цинично разделили Чехословакию в угоду интересам Гитлера. Польша не осталась в стороне и, в свою очередь, откусила от Чехословакии Тешинскую область – богатый металлургический край. Как писал по сему поводу Черчилль: «Польша с жадностью гиены приняла участие в ограблении и уничтожении чехословацкого государства».
За полгода до нападения Германии на Польшу СССР предпринимал усилия для заключения договоров с Англией, Францией и Польшей, направленных против Германии. В частности Советский Союз объявлял о готовности выставить 136 дивизий в случае агрессии против Польши. Эти предложения были с известным польским гонором отвергнуты. И только тогда СССР, чтобы не остаться в полной международной изоляции, заключил с Германией пакт о ненападении. Согласно секретному протоколу к пакту, СССР получал свободу действий в Финляндии, Эстонии, Латвии, Восточной Польше и Бессарабии. Было ли это хорошо? – Не хорошо и не плохо – а полностью в духе тогдашней европейской политики.
Ну вот и я, сам того не желая, по пустяковому футбольному поводу углубился в многовековые польско-русские дрязги. Оставим это. Тем более, что комплиментарность между нашими народами, хоть и отрицательная, но существует. Лично мой кинематографический вкус воспитывался на фильмах Вайды, Кавалеровича и Занусси. А на днях я посмотрел трилогию безвременно ушедшего гениального режиссера Кесьлевского «Три цвета: синий, белый, красный» и в очередной раз убедился, что взгляды наших народов на мироустройство поразительно похожи. Сегодня, правда, российские кинематографисты пытаются смотреть окрест голливудскими очами. Но сей глупый и печальный казус непременно должен кончиться. Разговор же о Голливуде второй свежести требует большего времени и пространства.
* * *
Почетной обязанностью всякого пишущего человека на Руси издавна почиталась защита униженных и оскорбленных. Настала пора и мне в меру своих скромных способностей отметиться на этой стезе. Униженными и оскорбленными в данном случае является, как минимум, половина взрослого населения России – люди курящие.
Сразу замечу, что я категорически против курения малолеток. Реклама табачных изделий тоже кажется мне делом не похвальным. Однако в законе, принимаемом сейчас нашей премудрой Думой, речь идет вовсе не об этом, речь идет об ущемлении и ограничении гражданских прав.
Во времена, когда я учился в школе, курение недоросля в туалете было делом скорее маргинальных одиночек, но даже и они не решались картинно дымить на ступеньках родного учебного заведения. Нынче же дух времени таков, что это дело обычное и сделать замечание подростку осмелится не всякий взрослый, ибо акт сей будет противоречить праву личности на свободу самовыражения, притом и в глаз можно получить. Да и родители, поймавшие сопливое чадо за табачным баловством, сильно подумают, прежде чем набить ему в штаны крапивы: грозный призрак ювенальной юстиции маячит в обозримой дали. Только изменив дух времени, сделав общими усилиями порицание курения среди «поросли младой незнакомой» делом обычным и естественным, мы можем добиться каких-либо результатов в этой области.
Однако державой правят юристы, то есть люди, воспитанные на тезисе, что общество меняется не совершенствованием нравов, а дроблением и ужесточением законов. В идеале они видят наличие соответствующего параграфа кодекса на любой чих.
Новый антитабачный закон, главным образом, примечателен тем, что запрещает курение в «общественных местах». А что у нас является не общественным местом? – Келья под елью? – Но отшельники и так не слывут заядлыми дымокурами.
Я согласен, что курение является вредной привычкой, и, вероятно, наносит вред здоровью курящего. И насколько я могу видеть, всякий курильщик охотно сократил бы количество потребляемого зелья. Но факт остается фактом: никотин – наркотик, а сигареты, действительно, помогают снять стрессы и тормозят развитие болезни Альцгеймера. Почему бы не оставить человеку право на выбор между раком легких и старческим маразмом? Да и мало ли у нас других вредных привычек? Может быть, и их вынести на обсуждение в Думу?
Во вред пассивного курения я не верю. Людям, которые живут в выхлопной трубе, едят и пьют продукты Большой Химии, носят синтетические одежды, мажут различные части тела веществами неизвестного происхождения (кстати, широко рекламируемыми), подвергаются круглосуточно электромагнитному излучению различных частот, смотрят отечественное телевидение, ведут жизнь не согласно природным биоритмам, а по декретному времени, вряд ли может сильно навредить глоток дыма от тлеющей травы. Трудно даже представить опыт, где были бы устранены все факторы риска, и изучен только риск от дымящейся вдалеке сигареты. Разве что на орбитальной станции можно создать такие условия. Но и там имеются космические лучи и все то же электромагнитное излучение.
Существуют естественные методы ограничения контактов между курящими и не курящими: оборудование специальных мест для курящих в общественных местах, учреждениях питания и на транспорте. В массе своей курильщики – люди не зловредные и готовые соблюдать определенные правила. Однако закон решительно идет в направлении размежевания общества на овец и козлищ, социально близких и социально чуждых, красных и белых.
А по этому пути далеко можно ушагать. Люди, пожившие на белом свете, могут вспомнить табачный кризис восьмидесятых годов. Какие очереди выстраивались тогда возле табачных магазинов! Как легко перекрывались транспортные магистрали! Какие ласковые слова произносились в адрес Партии и Правительства! Партии и Правительству это надо? – Толпа разъяренных, лишенных привычной соски мужиков (и дам, разумеется) – это не горстка сопливых «оккупайских» клоунов. Это потенциальная политическая сила будущего. Если человек харизматичный и умный удосужится создать Партию курильщиков России (ПКР), то после следующих выборов он уже сможет возглавить страну. Причем голосовать за него будут искренне, а не от безысходности.
Ну и главный аргумент сторонников нынешнего закона – аргумент обезьяний: на Западе, мол, все уже давно так. Ну так давайте заодно узаконим однополые браки, отменим слова «отец» и «мать», будем увольнять с работы за ношение нательного креста, назначим «Бунтующих Пусек» иерархами церкви, эксгумируем и выбросим на помойку останки авторов песни «Давай закурим, товарищ, по одной…» Кутить, так кутить!
***
Дочь-журналистка прислала собственный репортаж о проходившей во Владимире фотовыставке «20 лет без СССР». Выставка эта передвижная и, возможно, когда-нибудь доберется и до ярославских пределов. А, может быть, уже и добралась, просто я из-за своей глубокой провинциальности не в курсе.
Дочка Саня выросла и сформировалась в новейшей России – что бы ей СССР? – но и на нее выставка произвела большое впечатление. Идея ее проста: всем желающим было предложено в один и тот же день сфотографировать памятники былой Империи. Из присланных на конкурс десятков тысяч работ были отобраны наиболее эффектные, они и составили основной корпус экспозиции.
Что же за памятники оставила нам советская эпоха? – В основном это индустриальные руины. – Развалины заводов, фабрик, элеваторов, откормочных комплексов, зерносушилок, водонапорных башен, плотин, домов культуры, овощехранилищ и т.д и т.п. В радиусе нескольких километров от родной деревни я могу показать десятки таких объектов. Среди них сырзавод, основанный еще великим кооператором Верещагиным, но работал он и при советской власти. А уж развалины заросших бурьяном коровников теперь легче сфотографировать, чем живую пасущуюся корову. Интересно, что строили их на излете советской эпохи в основном выходцы с Северного Кавказа. В те, не столь уж достославные времена, слово «чеченец» ассоциировалось в основном с человеком, месящим бетон и кладущим кирпичи, а не с бородатым ваххабитом, взрывающим, что попало под руку.
Но что сделано, то сделано. Мы как бы строим как бы новую страну.
Каковы же ее уникальные зримые приметы? Что можно будет посмотреть на выставке «Россия: …надцать лет после капитализма»?
Первым делом это, конечно, ретрансляционные вышки. У нас они стоят почему-то как раз рядом с экс-коровниками. Старое и новое, типа?
Во-вторых – нефте-газопроводы и обслуживающая их инфраструктура.
В-третьих – главное – местные Рублевки. Какие заборы! Какие терема!
Олигархов у нас из-за скудости почв не развелось, но и простые районные чиновники позволяют себе жить в соответствии со стандартами развитых стран и собственным первобытным вкусом. И все это на фоне покосившихся избушек позапрошлого века.
То есть вот какой вырисовывается портрет пореформенной России: Великая Труба, Чиновничье Царство и заросшие пустоши, где пасется Вверенный Народ, стреноженный узами современнейших массовых коммуникаций.
Но это чисто локальный образ. Может быть, где-нибудь и по-другому?